Сотрудничество России и государств Центральной Азии по вопросам противодействия терроризму в рамках ШОС

УДК 327

 

Комлякова Юлия Юрьевна – Донецкая академия управления и государственной службы при Главе Донецкой Народной Республики, факультет юриспруденции и социальных технологий, кафедра социологии управления, кандидат исторических наук, доцент, Донецк, Донецкая народная республика.

E-mail: jkomlyakova@gmail.com

ДНР, г. Донецк, ул. Артема, 94,

тел.: +38-071-427-83-79.

Авторское резюме

Состояние вопроса: Проблема сотрудничества России и государств Центральной Азии по вопросам противодействия терроризму в рамках Шанхайской организации сотрудничества была отображена в работах В. Парамонова, О. Столповского, А. Лукина, которые рассматривают роль ШОС в качестве механизма взаимодействия России и государств Центральной Азии в сфере безопасности.

Результаты: Противодействие терроризму и экстремизму является актуальной проблемой для большинства государств, входящих в состав ШОС. Сегодня, принимая во внимание нарастание угроз безопасности в мире, связанных с повышением активности террористических организаций, главным приоритетным направлением сотрудничества становится совместное противодействие международному терроризму. Учитывая тот факт, что государства Центральной Азии являются промежуточными между Российской Федерацией и Афганистаном, очевидной оказывается необходимость уделять особое внимание вопросам безопасности в данном регионе. Особенно актуальными эти вопросы становятся в связи с расширением границ организации и вступлением в нее новых членов, таких как Индия и Пакистан, что существенно расширяет границы ШОС, а, следовательно, и круг приграничных проблем. Таким образом, вопрос обеспечения безопасности границ был и остается приоритетным направлением деятельности организации.

Выводы: ШОС благодаря эффективности своей деятельности стала наглядным подтверждением того, что в условиях пост-биполярного мира, стремящегося к многополярности, ключевыми акторами есть и будут именно организации подобного рода. И, невзирая на региональный характер деятельности ШОС, сопредельные государства также стремятся войти в состав данной организации.

 

Ключевые слова: Россия; Центральная Азия; ШОС; безопасность; терроризм.

 

The Cooperation Between Russia and Countries of Central Asia on the Issues of Countering Terrorism within the Framework of the SCO

 

Komlyakova Julia Yurievna – Donetsk Academy of Management and Public Service Under the Auspices of the Head of Donetsk People’s Republic, Faculty of Law and Social Technologies, Department of Management Sociology, Ph. D. (history), Associate Professor, Donetsk, Donetsk People’s Republic.

E-mail: jkomlyakova@gmail.com

94, Artema st., Donetsk, Donetsk People’s Republic,

tel.: + 38-071-427-83-79.

Abstract

Background: The problem of cooperation between Russia and countries of Central Asia on countering terrorism within the framework of the Shanghai Cooperation Organization is studied in the works of V. Paramonov, O. Stolpovsky, A. Lukin, who consider the role of the SCO in the security sphere.

Results: Countering terrorism and extremism is a pressing issue for most of the SCO member states. Today, taking into account the growing threats to security in the world related to the increased activity of terrorist organizations, the main priority sphere of cooperation is joint counteraction against international terrorism. Central Asian states are interjacent between the Russian Federation and Afghanistan, therefore it is necessary to pay special attention to security issues in this region. These issues become especially relevant in connection with the expansion of the organization boundaries when new members join it, for example, India and Pakistan, which significantly extends the range of border problems. Thus, the issue of security has been a priority for the organization.

Conclusion: The SCO, due to its efficiency, has confirmed that in the post-bipolar world, striving for multi-polarity, the key actors are the organizations of this kind. Despite the regional nature of the SCO activities, non-regional states also try to join this organization.

 

Keywords: Russia; Central Asia; SCO; security; terrorism.

 

Центрально-азиатский регион всегда был и остается в фокусе внешней политики Российской Федерации. Важность данного региона обусловлена целым рядом факторов, среди которых исторические узы, членство в различных международных организациях, а также заинтересованность Российской Федерации в поддержании мира и стабильности в регионе из-за концентрации опасности (в том числе и в виде террористической угрозы) у южных границ государств центрально-азиатского региона.

 

Учитывая изменившиеся геополитические реалии, связанные, прежде всего, с распадом Советского Союза, а также комплекс экономических и политических проблем, характерных для России в первое десятилетие независимости, ей все-таки удалось не допустить полного нивелирования своего присутствия в регионе. Более того, это происходило в процессе стабилизации экономики и стремления к упрочению не только двустороннего сотрудничества между Российской Федерацией и государствами центрально-азиатского региона, но и активному участию России в международных организациях, деятельность которых направлена, прежде всего, на урегулирование кризисных ситуаций.

 

Одним из наиболее влиятельных международных объединений, включающих в себя Россию и государства Центральной Азии, а также Республику Индия, Китайскую Народную Республику, Исламскую Республику Пакистан, является Шанхайская организация сотрудничества.

 

Несмотря на то, что предпосылки для создания организации появились еще в 60-е гг. ХХ века, ввиду наличия территориальных споров между СССР и Китаем окончательная потребность в ней была осознана только по прошествии первого десятилетия независимости. Западные акторы, интенсифицировавшие свое присутствие в регионе сразу после распада Советского Союза, были заинтересованы как в ослаблении самих государств центрально-азиатского региона, так и в ограничении их связей с Москвой. Это было продиктовано геополитическим положением региона и наличием в нем значительных запасов энергоресурсов и полезных ископаемых, что и определило активное присутствие внешних факторов. Глобализация способствовала тому, что удаленность центрально-азиатского региона от Соединенных Штатов уже не имела решающего значения. Геополитическое положение региона способствовало его использованию в качестве транзитёра наркотиков и экспортера терроризма, что прямо или косвенно угрожало безопасности Соединенных Штатов. Именно поэтому США должны были привлечь Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан в свою зону влияния. Для обеспечения своих геополитических интересов в Центральной Азии Соединенные Штаты имели ряд благоприятных условий, которые проистекали из принципов внешней политики США. Среди них: борьба с международным терроризмом и наркоторговлей, нераспространение оружия массового уничтожения, осуществление чего было возможно путем насаждения принципов уважения к правам и свободам человека, установление и укрепление демократических ценностей. Также внимание Соединенных Штатов сосредоточивалось на энергоресурсах, которыми обладали государства Центральной Азии.

 

Очевидным является тот факт, что активизация американского присутствия на территории государств Центральной Азии в непосредственной близости к границам не соответствовала ни российским, ни китайским стратегическим интересам безопасности.

 

Таким образом, ШОС стала первой региональной организацией, появившейся как ответная мера в связи с общей разбалансировкой системы международных отношений после окончания «холодной войны» и невозможностью государств в одиночку справиться с нарастающими угрозами терроризма, сепаратизма, экстремизма и т. д. и при этом интеграционным объединением, отвечающим тогдашнему внешнеполитическому вектору Российской Федерации. Этот вектор сформулирован еще в 1996 г. министром иностранных дел Российской Федерации Е. М. Примаковым и основан на принципе моногополярности, которая базировалась на идее вернуть России роль центра силы на постсоветском пространстве.

 

В контексте реализации данной внешнеполитической стратегии Россия стала стремиться к усилению своих позиций как региональной евразийской державы.

 

Данный процесс активизировался с приходом на пост президента Российской Федерации Владимира Путина в 2000 году. Основное внимание, особенно после терактов 11 сентября 2001 года в США, стало уделяться интенсификации участия России в процессах, происходящих в Центральной Азии по всем направлениям. Основной упор делался на вопросы безопасности и предотвращения потенциальных угроз, которые концентрировались в регионе.

 

С приходом к власти В. В. Путина формулируется новая концепция внешней политики Российской Федерации, которая подчеркивает важность сдерживания распространения влияния США в мире в связи с угрозой формирования однополярной системы международных отношений, а также их экономического и силового доминирования. Наряду с этим констатируется, что Россия будет добиваться формирования многополярной системы международных отношений, реально отражающей многоликость современного мира со всем разнообразием его интересов [см.: 1].

 

Создание Шанхайской организации сотрудничества, равно как и участие России в статусе страны-основательницы совместно с Китаем, Казахстаном, Киргизстаном, Таджикистаном и Узбекистаном, полностью отвечало внешнеполитическим интересам всех стран-участниц.

 

Сотрудничество в рамках ШОС развивается по трем основным направлениям: поддержание региональной безопасности, торгово-экономическое взаимодействие и развитие контактов в гуманитарной сфере. По первому из них достигнуты наибольшие результаты, по второму реальных достижений пока меньше, чем хотелось бы, по третьему наиболее важным проектом является создание Университета ШОС, который принял первых студентов в сентябре 2011 года.

 

Страны-участницы ШОС строят свои отношения в рамках многополярной системы международных отношений и считают, что миропорядок в XXI веке должен базироваться на механизмах коллективного решения ключевых проблем, верховенства права и демократизации международных отношений.

 

Цели и аспекты деятельности организации всегда отвечали текущей международной ситуации и вызовам региональной безопасности, которые характерны прежде всего для государств региона Центральной Азии, учитывая ее непосредственное соседство с Афганистаном.

 

Учитывая общий контекст современных отношений между США, с одной стороны, и Китаем с Российской Федерацией – с другой, следует подчеркнуть особую важность интенсификации отношений с Афганистаном.

 

Соединенные Штаты, сохраняя военный контингент на территории Афганистана, сегодня сталкиваются с новыми трансформирующимися внешнеполитическими векторами государств региона. Так, говоря о периоде до 2014 года, следует отметить, что США активно сотрудничали с большинством соседей Афганистана – Туркменистаном, Узбекистаном, Таджикистаном, Китаем, а также государствами, не имевшими непосредственных границ с Афганистаном – Россией, Индией, Казахстаном, Киргизстаном, а, следовательно, не встречали в свой адрес активного противодействия политике международной коалиции.

 

Сегодня же существенным образом возросла роль региональных акторов. Особенно активно государства региона сотрудничают по вопросу безопасности границ. Несмотря на то, что пограничный вопрос на сегодняшний день урегулирован, тем не менее остается открытым вопрос укрепления безопасности в связи с усилением угрозы экспорта терроризма. Российская Федерация не имеет непосредственной границы с Афганистаном, более того, отделена от него государствами центрально-азиатского региона. Тем не менее в силу того, что начатый в 2009 году процесс демаркации российско-казахстанской границы все еще не завершен, не представляется возможным вести речь об эффективном обеспечении безопасности в вопросах борьбы с терроризмом, экстремизмом, различными формами транснациональной организованной преступности, незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, оружия, контрабандой, нелегальной миграцией, торговлей людьми и т. д. В то же время Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан, непосредственно граничащие с Афганистаном, также нуждаются в помощи третьих государств по вопросу обеспечения безопасности границ ввиду невозможности решить эту проблему самостоятельно по причине дороговизны. Таким образом, все вышеперечисленные угрозы приближаются непосредственно к границам Российской Федерации, что, безусловно, является фактором риска для безопасности государства. Следовательно, возникает и усиливается потребность двустороннего сотрудничества России и государств центрально-азиатского региона по вопросам обеспечения безопасности.

 

С 2005 года в рамках ШОС функционирует контактная группа «ШОС – Афганистан», которая позволяет проводить консультации по афганской проблематике непосредственно с официальными афганскими лицами. Большинство государств – членов ШОС выступают за оказание коллективной помощи Афганистану под эгидой ООН, справедливо полагая, что стабилизация обстановки и повышение уровня жизни в этой стране кардинально повысит уровень безопасности в регионе в целом [см.: 2].

 

В этой связи Россия формулирует новые стратегические направления сотрудничества с государствами Центральной Азии. Среди них: минимизация угроз, исходящих с южного направления; активизация экономического сотрудничества (государства Центральной Азии – важные экономические партнеры России, в том числе в области энергоносителей); активизация интеграции (отсутствие экспансионистских планов не означает, что жители постсоветского пространства не хотели бы более тесной экономической и политической интеграции. Внезапное возникновение границ и барьеров между бывшими частями одной страны раздражает большинство населения ранее единого государства, мешает экономическому сотрудничеству на самом базовом уровне); сохранение культурной общности, поддержание роли русского языка, интереса к российской культуре, защита интересов российских граждан [см.: 3].

 

Но при всем антагонистическом духе отношений России и Китая с США следует отметить, что конструктивный диалог по вопросу Афганистана необходим ввиду того, что Соединенным Штатам длительный период времени принадлежала монополия на стабилизацию ситуации в Афганистане. Соседние с Афганистаном государства, интенсифицируя свою политику в отношении Кабула, не могут не учитывать американский опыт и игнорировать необходимость конструктивного сотрудничества по указанному кругу вопросов.

 

Учитывая тот факт, что проблема противодействия терроризму и экстремизму является актуальной для большинства государств, входящих в состав ШОС, в 2017 году главным приоритетным направлением сотрудничества названо совместное противодействие международному терроризму в связи с нарастанием угроз безопасности в мире, связанных с повышением активности террористических организаций, что ведет к нарастанию напряженности на пространстве Шанхайской организации сотрудничества [см.: 4].

 

Особенно актуальными эти вопросы становятся в связи с расширением границ организации и вступлением в нее новых членов, таких как Индия и Пакистан, что существенно расширяет границы ШОС, а, следовательно, и круг приграничных проблем. Таким образом, вопрос обеспечения безопасности границ был и остается приоритетным направлением деятельности организации.

 

Президент Российской Федерации в своем выступлении на саммите ШОС 19 июня 2017 года в Астане подчеркнул возрастающую роль Региональной антитеррористической структуры ШОС [см.: 5]. В этой связи в рамках саммита была подписана Конвенция по противодействию экстремизму, ставшая правовым базисом ее деятельности.

 

Также президент отметил, что особую актуальность приобретают вопросы политико-дипломатического урегулирования региональных конфликтов на Ближнем Востоке и, в частности, в Сирии, и подчеркнул успехи в разрешении сирийского кризиса. Они напрямую связаны с запуском в Астане – при посредничестве России, Турции и Ирана – серии регулярных международных встреч. Важнейшим достижением, по мнению В. В. Путина, явилась договорённость о прекращении огня между правительственными войсками и вооружённой оппозицией, а также о создании в Сирии зон деэскалации [см.: 5].

 

Но, несмотря на появление новых угроз безопасности, проблема Афганистана не утрачивает своей актуальности. Очевидно, что ставка на военное решение внутриафганского конфликта бесперспективна. Россия, как и все партнёры по ШОС, последовательно выступает за политическое урегулирование через договорённости между самими афганцами. Президент Путин подчеркнул, что Шанхайская организация сотрудничества могла бы активнее поработать и на этом направлении, и предложил возобновить приостановленную в 2009 году деятельность Контактной группы «ШОС – Афганистан» [см.: 5].

 

Безусловно, говоря о деятельность государств – членов ШОС в борьбе с мировым терроризмом нельзя не учитывать роль Соединенных Штатов в этом процессе, так как именно теракт 11 сентября 2001 года в США положил начало процессу создания антитеррористических коалиций, в которых и Россия, и государства Центральной Азии (особенно приграничные Афганистану) принимали непосредственное участие. Парадоксальным стал тот факт, что борьба за достижение мира и безопасности стала катализатором нестабильности внутри самого центрально-азиатского региона по причине того, что приграничные с Афганистаном государства – такие, как Киргизстан, Таджикистан и Узбекистан – допустили размещение войск антитеррористической коалиции во главе с США и предоставили им доступ к своим авиабазам. В 2003 году Казахстан и Узбекистан поддержали военные действия коалиции в Ираке. Около двух десятков казахстанских военнослужащих служили в Ираке до конца 2008 года. Узбекистан аннулировал право на размещение американских военных баз в 2005 году после того, как Соединенные Штаты раскритиковали сообщение об убийствах гражданских лиц в Андижоне. В начале 2009 года Киргизстан распорядился закрыть военные базы США, дислоцировавшиеся на его территории, в связи с нежеланием США удовлетворить требования Киргизстана по увеличению арендной платы. Соглашение о продлении использования Соединенными Штатами транзитной базы в Манасе было принято в июне 2009 года. В этот период времени большинство государств центрально-азиатского региона принимали участие в работе Северной сети поставок для осуществления американского и НАТОвского снабжения Афганистана.

 

Вместе с выводом американских войск из Афганистана и Ирака центрально-азиатские государства должны взять на себя все сложности и расходы, связанные с международным терроризмом и транснациональной преступностью. ШОС вынуждена решать проблемы, оставленные Соединенными Штатами как следствие своего присутствия в регионе. Государства центрально-азиатского региона и сами страдают от терроризма и коррупции, вызванных цветными революциями, реализованными для свержения действующих правительств. Российско-китайско-американское противостояние здесь крайне усложнило возможность проведения реформ [см.: 6, c. 20–21].

 

Учитывая, что ШОС давно вышла за рамки приграничной организации, и произошло расширение числа ее членов за счет Индии и Пакистана, особую актуальность приобретают проблемы не только региональной, но и глобальной безопасности.

 

В этой связи во время заседания Совета глав государств – членов Шанхайской организации сотрудничества, проходившего в китайском городе Циндао в июне 2018 г., государства-члены последовательно выступили за урегулирование ситуации в Афганистане, Сирии, на Ближнем Востоке, Корейском полуострове и других региональных конфликтов в рамках общепризнанных норм и принципов международного права. Они отметили также важность устойчивой реализации Совместного всеобъемлющего плана действий по урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы.

 

Государства-члены подтвердили твердую поддержку усилиям ООН по обеспечению международного мира и безопасности. Они отметили необходимость консенсуса по вопросу о принятии Всеобъемлющей конвенции ООН против международного терроризма, а также инициативу Республики Казахстан по продвижению на площадке ООН Кодекса поведения по достижению мира, свободного от терроризма [см.: 7].

 

Учитывая круг участников организации и их непосредственное соседство с государствами, являющимися очагами распространения мирового терроризма, следует уделить особое внимание рассмотрению намерений и усилий государств – членов ШОС по достижению безопасности в регионе.

 

Прежде всего, следует отметить, что в ШОС существует Региональная антитеррористическая структура (РАТС) ШОС, целями деятельности которой являются: поддержание рабочих контактов с компетентными органами государств-членов и международными организациями, занимающимися вопросами борьбы с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом; содействие взаимодействию государств-членов в подготовке и проведении антитеррористических учений по просьбе заинтересованных государств-членов, подготовке и проведении оперативно-розыскных и иных мероприятий по борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом; участие в подготовке проектов международно-правовых документов, затрагивающих вопросы борьбы с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом; сбор и анализ информации, поступающей в РАТС от государств-членов, формирование и пополнение банка данных РАТС; участие в формировании эффективной системы реагирования на глобальные вызовы и угрозы; подготовка и проведение научно-практических конференций, семинаров, содействие в обмене опытом по вопросам борьбы с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом [см.: 8].

 

В марте 2006 г. на заседании Совета РАТС в Ташкенте был утвержден перечень террористических, сепаратистских и экстремистских организаций, деятельность которых запрещена на территориях государств – членов ШОС, и список лиц, объявленных спецслужбами и правоохранительными органами государств – членов ШОС в международный розыск за совершение или по подозрению в совершении преступлений террористического, сепаратистского и экстремистского характера. В Перечне для каждого государства – члена ШОС указаны организации, которые официально признаны данным государством террористическими, сепаратистскими и экстремистскими, и деятельность которых запрещена на его территории. Данные этих документов постоянно уточняются и корректируются. В рамках РАТС также осуществляется информирование государств – членов ШОС о новых тенденциях в терроризме, формах и методах деятельности террористических и сепаратистских организаций, представляющих угрозу безопасности государств – членов ШОС; о мерах, принимаемых за рубежом по противодействию терроризму и т. п. [см.: 9, с. 96].

 

Говоря об эффективности деятельности данного структурного подразделения ШОС, следует привести данные, которые четко иллюстрируют, насколько РАТС результативна в своих усилиях. В период между 2011 и 2015 годами при координации РАТС властям государств – членов ШОС удалось предотвратить 20 террористических нападений еще на стадии планирования, предотвратить 650 преступлений террористического и экстремистского характера и нейтрализовать 440 террористических учебных лагерей и 1700 членов международных террористических организаций. Было арестовано более 2700 членов незаконных вооруженных групп, их сообщников и лиц, подозреваемых в преступной деятельности, в то время как 213 человек, связанных с террористическими или экстремистскими организациями, были экстрадированы, причем многие были приговорены к длительным срокам лишения свободы; 180 подозреваемых были помещены в разыскные списки, было обнаружено 600 подпольных баз с оружием, было конфисковано более 3250 самодельных взрывных устройств, а также 10 000 единиц оружия, около 450 000 единиц боеприпасов и более 52 тонн взрывчатых веществ [см.: 10].

 

На саммите в Астане была принята Конвенция ШОС о противодействии экстремизму [см.: 11] как совместный ответ на неуклонно растущую угрозу. Этот документ призван укрепить международно-правовые рамки для противодействия возникающим вызовам и угрозам наряду с Шанхайской конвенцией о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом, Конвенцией Шанхайской организации сотрудничества против терроризма и Программой государств – членов ШОС 2016–2018 о сотрудничестве в борьбе с терроризм, сепаратизмом и экстремизмом, а также основными документами Организации Объединенных Наций, такими как Глобальная контртеррористическая стратегия Организации Объединенных Наций и соответствующие резолюции Совета Безопасности Организации Объединенных Наций. Конвенция ШОС о противодействии экстремизму направлена на повышение безопасности, эффективности сотрудничества между органами власти и совершенствование правовой базы в этой сфере.

 

Особую опасность сегодня представляет не только сам факт террористической активности, но и распространение экстремистской идеологии и пропаганды, включая общественное оправдание терроризма как средства подстрекательства к совершению террористических актов. В этой связи ШОС активизирует совместные усилия по противодействию социальной радикализации, что должно привести к снижению проявления наихудших форм экстремизма, включая терроризм, особенно среди молодежи. ШОС также принимает меры для предотвращения религиозного, этнического, идеологического и политического экстремизма, этнической и расовой нетерпимости и ксенофобии. Наряду с сотрудничеством между правоохранительными и судебными органами особое внимание уделяется укреплению ведущей роли государств в борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом, а также сотрудничеству с религиозными организациями, образовательными и исследовательскими учреждениями, средствами массовой информации и неправительственными организациями, действующими в государствах – членах ШОС.

 

Список литературы

1. Концепция внешней политики Российской Федерации // Электронный фонд правовой и нормативно-технической документации – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://docs.cntd.ru/document/901764263 (дата обращения: 18.08.2018).

2. Парамонов В., Столповский О. ШОС как механизм взаимодействия России и государств Центральной Азии в сфере безопасности // Информационно-аналитический центр Лаборатория общественно-политического развития стран Ближнего Востока – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://ia-centr.ru/experts/3612/ (дата обращения: 18.08.2018).

3. Лукин А. В. Шанхайская организация сотрудничества и российские интересы в Центральной Азии и Афганистане // Стратегия России в Центральной Азии и Шанхайская организация сотрудничества. – М.: МГИМО, 2012. – С. 37–47.

4. Заявление глав государств-членов Шанхайской организации сотрудничества о совместном противодействии международному терроризму // Портал «ИнфоШОС» – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.infoshos.ru/ru/?id=138 (дата обращения: 18.08.2018).

5. Путин В. В. Выступление на саммите ШОС в расширенном составе // Президент России – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.kremlin.ru/events/president/transcripts/54739 (дата обращения: 18.08.2018).

6. Feng-Yung Hu. Russia in Transition: Regional Integration, Media Censorship and Culture Institutes. – Cambridge: Cambridge Scholars Publishing, 2013. – 210 p.

7. Информационное сообщение по итогам заседания Совета глав государств-членов Шанхайской организации сотрудничества (г. Циндао, 9–10 июня 2018 года) // Шанхайская организация сотрудничества – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://rus.sectsco.org/news/20180610/443025.html (дата обращения: 18.08.2018).

8. Структура Шанхайской организации сотрудничества // Шанхайская организация сотрудничества – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://rus.sectsco.org/structure/ (дата обращения: 18.08.2018).

9. Васильев Л. Е. Российско-китайское сотрудничество в борьбе против терроризма // Китай в мировой региональной политике. История и современность. Выпуск XIX. – М.: ИДВ РАН, 2014. – С. 93–103.

10. The Role of the Shanghai Cooperation Organization in Counteracting Threats to Peace and Security // UNChronicle. The Magazine of the United Nations. – Vol. 3 – 2017 – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://unchronicle.un.org/article/role-shanghai-cooperation-organization-counteracting-threats-peace-and-security (дата обращения: 18.08.2018).

11. Астанинская декларация глав государств – членов Шанхайской организации сотрудничества // Президент России – [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.kremlin.ru/supplement/5206 (дата обращения: 18.08.2018).

 

References

1. The Concept of Foreign Policy of the Russian Federation [Kontseptsiya vneshney politiki Rossiyskoy Federatsii]. Available at: http://docs.cntd.ru/document/901764263 (accessed 18 August 2018).

2. Paramonov V., Stolpovskiy O. SCO as a Mechanism of Interaction Between Russia and Central Asian States in the Field of Security [ShOS kak mekhanizm vzaimodeystviya Rossii i gosudarstv Tsentralnoy Azii v sfere bezopasnosti]. Available at: https://ia-centr.ru/experts/3612/ (accessed 18 August 2018).

3. Lukin A. V. Shanghai Cooperation Organization and Russian Interests in Central Asia and Afghanistan [Shankhayskaya organizatsiya sotrudnichestva i rossiyskie interesy v Tsentralnoy Azii i Afganistane]. Strategiya Rossii v Tsentralnoy Azii i Shankhayskaya organizatsiya sotrudnichestva (Russian Strategy in Central Asia and the Shanghai Cooperation Organization). Moscow, MGIMO, 2012, pp. 37–47.

4. Declaration of the Heads of Member States of the Shanghai Cooperation Organization of Joint Counteraction to International Terrorism [Zayavlenie glav gosudarstv-chlenov Shankhayskoy organizatsii sotrudnichestva o sovmestnom protivodeystvii mezhdunarodnomu terrorizmu]. Available at: http://www.infoshos.ru/ru/?id=138 (accessed 18 August 2018).

5. Putin V. V. Speech at the SCO Summit in Expanded Staff [Vystuplenie na sammite ShOS v rasshirennom sostave]. Available at: http://www.kremlin.ru/events/president/transcripts/54739 (accessed 18 August 2018).

6. Feng-Yung Hu. Russia in Transition: Regional Integration, Media Censorship and Culture Institutes. Cambridge, Cambridge Scholars Publishing, 2013, 210 p.

7. Information Message on the Results of the Meeting of the Council of Heads of Member States of the Shanghai Cooperation Organization (Qingdao, June 9–10, 2018) [Informatsionnoe soobschenie po itogam zasedaniya Soveta glav gosudarstv-chlenov Shankhayskoy organizatsii sotrudnichestva (g. Tsindao, 9–10 iyunya 2018 goda)]. Available at: http://rus.sectsco.org/news/20180610/443025.html (accessed 18 August 2018).

8. Structure of the Shanghai Cooperation Organization [Struktura Shankhayskoy organizatsii sotrudnichestva]. Available at: http://rus.sectsco.org/structure/ (accessed 18 August 2018).

9. Vasilev L. E. Russian-Chinese Cooperation in the Fight against Terrorism [Rossiysko-kitayskoe sotrudnichestvo v borbe protiv terrorizma]. Kitay v mirovoy regionalnoy politike. Istoriya i sovremennost. Vypusk XIX (China in the Global Regional Policy. History and the Present. Issue XIX). Moscow, IDV RAN, 2014, pp. 93–103.

10. The Role of the Shanghai Cooperation Organization in Counteracting Threats to Peace and Security. UNChronicle. The Magazine of the United Nations, Vol. 3, 2017. Available at: https://unchronicle.un.org/article/role-shanghai-cooperation-organization-counteracting-threats-peace-and-security (accessed 18 August 2018).

11. The Astana Declaration of Heads of Member States of the Shanghai Cooperation Organization [Astaninskaya deklaratsiya glav gosudarstv – chlenov Shankhayskoy organizatsii sotrudnichestva]. Available at: http://www.kremlin.ru/supplement/5206 (accessed 18 August 2018).

 

© Ю. Ю. Комлякова, 2018

Яндекс.Метрика