Моральный фактор в условиях перехода к информационному обществу

УДК 17; 316.324.7

 

Павловская Ольга Александровна – Институт философии Национальной академии наук Беларуси, ведущий научный сотрудник, кандидат философских наук, доцент, Минск, Беларусь.

Email: olga.pavl@tut.by

Авторское резюме

Состояние вопроса: На современном этапе складывается ситуация, когда научно-технический прогресс значительно вырвался вперед по сравнению с моральным прогрессом, когда интеллектуальный уровень развития человека, его технологическая компетентность заметно опережают уровень развития его цивилизованности и личностной культуры.

Методология исследования: Проблема морального фактора рассматривается в рамках формационного и цивилизационного подходов. Ключевая роль в структуре морального фактора отводится духовно-нравственному потенциалу личности.

Результаты: Современные реалии отчетливо демонстрируют повышение роли морали как одного из ведущих культурных факторов в динамике социальных процессов. Именно духовно-нравственные ценности становятся, во-первых, основанием и связующим звеном во взаимодействии и взаимообогащении существующих исторических цивилизаций (культур), во-вторых, необходимым звеном в достойном существовании и успешном развитии техногенной цивилизации. Это непосредственно выражается в формировании цивилизованности как ведущего качества личности. В-третьих, такого рода ценности оказываются решающим фактором в набирающем силу процессе становления новой, информационно-гуманистической, цивилизации, открывающей масштабные перспективы для проявления личностной культуры человека.

Область применения результатов: Предложенный подход к проблеме морального фактора позволяет углубить социально-гуманитарные знания о механизмах и специфике происходящих в современном обществе трансформаций.

Выводы: В условиях современной транзитивности необходимо признать приоритет цивилизационного компонента по сравнению с формационным, то есть становление информационно-гуманистической цивилизации должно предварять вступление в новую общественно-экономическую формацию. Вектор социального развития должен быть перенаправлен с производственно-технологических параметров на критерии социогуманитарного плана, среди которых значительно возрастает роль духовно-нравственных ценностей.

 

Ключевые слова: информационное общество; мораль; цивилизация; общественно-экономическая формация; гуманистические ценности; духовная культура; духовно-нравственный мир человека.

 

Moral Factor in Transition to Information Society

 

Pavlovskaya Olga Aleksandrovna – Institute of Philosophy of the National Academy of Sciences of Belarus, Leading Researcher, PhD (Philosophy), Associate Professor, Minsk, Belarus.

Email: olga.pavl@tut.by

Abstract

Background: At the present stage, scientific and technological progress has significantly advanced compared to moral progress, while the intellectual level of a person’s development, their technological competence is noticeably ahead of the level of their civility and personal culture development.

Research methodology: The moral factor is considered in the framework of the formational and civilizational approaches. The spiritual and moral potential of the individual plays a key role in the structure of the moral factor.

Results: Modern realities clearly demonstrate the increasing role of morality as one of the leading cultural factors in the dynamics of social processes. It is spiritual and moral values that become, first, the foundation and connecting link in the interaction and mutual enrichment of existing historical civilizations (cultures), and, second, the necessary link in the certain existence and successful development of technogenic civilization. This is directly expressed in the formation of civility as a leading quality of personality. Third, such values turn out to be a decisive factor in the accelerating process of developing a new, information-humanistic, civilization that opens up large-scale prospects for the manifestation of human personal culture.

Implications: The proposed approach to the problem of the moral factor allows us to improve the socio-humanitarian knowledge of the mechanisms and specifics of the transformations taking place in modern society.

Conclusion: In the conditions of modern transitivity, it is necessary to recognize the priority of the civilizational component as compared with the formational one, i. e., the formation of the information-humanistic civilization should precede the entry into the new socio-economic formation. The vector of social development should be redirected from production and technological parameters to socio-humanitarian criteria, among which the role of spiritual and moral values significantly increases.

 

Keywords: information society; morality; civilization; socio-economic formation; humanistic values; spiritual culture; spiritual and moral world of human.

 

Возрастание роли духовно-нравственных ценностей в осуществлении информационных и научно-технологических процессов, внедрении их результатов в общественную практику признается одним из главных вызовов развития современного мира. В то же время человеческое сообщество, достигшее в своем историческом развитии фазы техногенной цивилизации, а также быстро освоившее «плоды» современной научно-технической революции, реально столкнулось с масштабными по своему распространению и деструктивными по своему характеру кризисными явлениями в сфере социально-нравственных отношений. Как отмечает А. А. Гусейнов, «успехи научного разума не трансформировались в разумность человеческого общежития. Материальный прогресс не привел к преодолению социальных конфликтов и духовно-нравственных деструкций» [1, c. 25].

 

Среди огромного числа факторов, оказывающих свое влияние на ход общественной жизни, имеет место и моральный фактор, который является чрезвычайно сложным по своей природе и трудно фиксируемым по характеру и способу своего проявления. Моральный фактор представляет собой совокупность общественных и индивидуальных причин, движущих сил, воздействий, качественных состояний, в которых отражаются возможности морали (нравственности) как социокультурного феномена, духовно-нравственный потенциал человека как субъекта деятельности и познания, духовно-творческие ресурсы различных форм общественного сознания, когнитивно-эвристические результаты социогуманитарного знания, а также всевозможные последствия (позитивные и негативные) социальной практики и повседневных человеческих взаимоотношений.

 

Действие морального фактора может быть весьма незаметным, латентным по своему характеру, непосредственно выражается в регулировании повседневной жизни людей, проявляется в общественных нравах, общепризнанных ценностях и культурных традициях, раскрывается в воспитании подрастающего поколения. Если в определенные «спокойные» периоды общественной жизни действие морального фактора по существу незаметно, включено в традиционные структуры, привычно воспринимается общественным мнением, то в условиях социальной нестабильности и кризисности всевозможные его проявления (как негативные, так и позитивные) не замечать уже просто нельзя, так как напрямую затрагиваются сами основы человеческого бытия и остро ощущается потребность в моральном оздоровлении, духовном возрождении общества и человека. В структуре морального фактора ведущее положение отводится компонентам, которые отражают проявление личностной природы человека, что, с одной стороны, обусловлено определенным уровнем конкретно-исторического развития социума, той или иной формой общественного устройства, типом государства и проводимой им политикой, с другой – зависит от самого человека, уровня его духовно-нравственного развития, стремления к самореализации и самосовершенствованию.

 

В условиях транзитивности отчетливо проявляются различные грани морального фактора. С одной стороны, в переходном обществе наблюдается значительная разбалансированность морального и правового регулирования, снижается воспитательная роль общепризнанных ценностей и культурных традиций, происходит падение нравов. Все это говорит о том, что обострению и даже искажению подвергаются сами основы человеческого бытия, наблюдается рост различного рода деформаций морального сознания, что становится «питательной почвой» для распространения девиантного поведения. Такое усиление негативного воздействия морально-психологических состояний сигнализирует о достаточно высокой степени кризисности жизни людей. С другой стороны, состояние транзитивности сопряжено с зарождением и развертыванием новых, жизнеутверждающих начал в человеческом бытии. При этом раскрывается очень важная сторона морального сознания, ориентированная на созидание и стабильность: способность опережающего отражения результатов человеческой деятельности через призму этических категорий. Нравственность не только помогает человеку мысленно заглянуть в свое будущее, но и, самое главное, открывает в нем самом внутренние источники стремления и движения к моделируемым образцам. Неслучайно в условиях транзитивности особую значимость и повышенный интерес у различных слоев населения вызывает тема «вечных ценностей», или «высших нравственных идеалов», ее переосмысление с учетом существующих реалий.

 

В социально-экономическом плане транзитивность современного общества обусловлена: с одной стороны, объективной необходимостью перехода на путь информационного развития, что создает широкие возможности для проявления креативных способностей людей и освоения новейших технологий, а на основании этого – совершенствования материально-технической базы общественного производства и более эффективного использования человека в качестве ведущей производительной силы; с другой – наличием структур и процессов индустриального общества, которые сохраняют еще свою экономическую мощь и обеспечивают функционирование хозяйственного комплекса, но в то же время содержат определенные диспропорции и деструктивный потенциал, которые тормозят процесс социально-гуманитарного развития и, соответственно, расшатывают существующие общественные отношения.

 

На первые позиции в системе общественных отношений начинает выходить информационный капитал, неуклонно совершенствуется материальная база производства с использованием компьютерной техники и электронных средств связи, создается новое коммуникационное пространство с разветвленной информационной сетью и базой данных. Все это дает основания говорить о происходящей информационной революции. «Это не классическая “революция баррикад”, а во многом незримая, но реальная революция в состоянии и особенно потенциале “совокупного интеллекта” человечества» [2, с. 170]. Однако наблюдающийся в последнее время ускоренный рост информационных ресурсов еще не является гарантией того, что они доходят до потребителя в должном объеме, осваиваются им в должной мере. И самое главное – это вопрос о критериях достоверности и полезности любого вида информации, а также о той грани, за которой информация может легко перерасти в дезинформацию. Следовательно, делая ставку на новейшую научно-техническую базу в кардинальной перестройке социально-экономических отношений, мы оставляем открытыми многие вопросы, напрямую связанные с проблемой человеческого фактора в создании и реализации новых социальных проектов.

 

Теоретики постиндустриализма, показывая принципиально новые научно-технические и экономические сдвиги в жизни общества, остаются в рамках формационного (стадиального) подхода, то есть по существу наблюдается стремление связать переход к постиндустриальному (информационному) обществу с исторически закономерной сменой общественно-экономических формаций (ОЭФ). Хотя в последнее время появились более осторожные суждения о вступлении в так называемый период зрелого индустриального общества (Р. Инглхарт), оставаясь при этом в системе капиталистических производственных отношений. Относительно концепта «информационное общество» следует отметить, что с точки зрения высокого уровня развития новейших технологий, компьютерной техники, электронных средств связи, в целом наличия мощной информационной инфраструктуры, такое общество становится реальностью для передовых стран мира, но и в этом случае экономической основой (базисом) остается капиталистический способ производства.

 

На наш взгляд, информационная революция – это научно-технологический прорыв, но не рубеж в процессе кардинальной перемены общественного строя. При всех выдающихся и потрясающих воображение научных и технических достижениях в экономическом базисе по существу ничего не меняется. Частная собственность остается главным звеном в системе общественно-экономических отношений; развиваются товарно-денежные отношения как форма экономической взаимосвязи; получение прибыли за счет вложения капитала (денег, инвестиций и др.) является основным экономическим императивом; сохраняется наемный труд; имеют место элементы эксплуатации человеческого труда; продолжается уже в новых формах борьба за источники сырья и рынки сбыта и т. д. Можно утверждать, что современные новейшие технологии, их активное внедрение в производство и массовое освоение населением ведут к качественным изменениям человека как главной производительной силы, средств и материалов, используемых в производственной деятельности, последовательно расширяют материально-технические возможности, укрепляют морально-психологические силы человека в противостоянии со стихийными силами природы. Глобальный характер осуществляемых информационных процессов способствует усилению взаимной зависимости и ответственности государств и народов мира. Следовательно, с позиций формационного подхода мы можем говорить об информационном обществе: во-первых, как об очередной стадии капиталистической общественно-экономической формации, во-вторых, как о важнейшей предпосылке будущей кардинальной трансформации общественно-экономического строя [3, с. 401–402].

 

Как предупреждали в свое время классики марксизма, капитализм негативным образом отражается на состоянии духовно-нравственной сферы. Затем это отчетливо проявилось в реальной жизни. Возникает особая форма морали – мораль капиталистического общества, распространение которой непосредственно сказывается на состоянии социально-психологических отношений.

 

Специфика этой формы морали выражается в следующем:

– в условиях власти денег отдельный человек, обуреваемый жаждой наживы, накопительства, стремлением к достижению материального богатства (по словам К. Маркса, «моральным идеалом является рабочий, откладывающий в сберегательную кассу часть своей заработной платы» [4, с. 602]) все более и более утрачивает самого себя, свою совесть и человечность – это приводит к распространению атмосферы «усовершенствованной, законченной, универсальной продажности» [5, с. 605];

– отражая существующие в обществе противоречия, мораль вынужденно разрывается (разделяется) на несколько частей, зачастую непримиримых между собой, которые соответствуют социально-экономическим и политическим интересам определенных социальных групп (классов) – это способствует образованию атмосферы взаимной отчужденности и враждебности;

– со стороны господствующих классов весьма активно используются лицемерная пропаганда, псевдоморальная фразеология, религиозная риторика, политическая казуистика для прикрытия неприглядных моментов эксплуатации и обнищания, для одурачивания и обмана населения. Все это подается под видом общепринятой морали, по словам Маркса, «…посмотри, чтó скажут тетушка Мораль и тетушка Религия» [4, с. 603] – и создается атмосфера «всеобщего лицемерия», которая вводит в заблуждение простых людей, дезориентирует их, одурачивает и одурманивает их сознание, тем самым еще больше унижая их морально;

– обострение социальных противоречий в условиях господства капитала непосредственно сказывается на процессе самоотчуждения человека, усиливает проявление различного рода деформаций его сознания и девиантного поведения, а это в массовом сознании ведет к тому, что нравственность как таковая отрицается и признается ее противоположность – безнравственность, то есть практически устанавливается атмосфера вседозволенности и безответственности.

 

Исторический опыт показал, что в социально-гуманитарном плане природа капитализма с его важнейшими атрибутами – частной собственностью, деньгами, эксплуатацией, конкуренцией и т. п. – подавляет и извращает собственно человеческое в человеке, способствует превращению человека в средство, вещь, дегуманизирует взаимоотношения между людьми. Однако помимо этого обнаружилась и такая закономерность: с течением времени сами морально деформированные человеческие отношения начинают негативным образом воздействовать (обратная связь) на капиталистический способ производства, что постепенно и неминуемо ведет к его искажению, отходу от классических образцов, то есть он все более становится деформированным и в социально-экономическом плане, что еще сильнее усугубляет его асоциальный и антигуманный характер («олигархический капитализм», «номенклатурный капитализм» и т. п.).

 

В современном обществе наряду с масштабным по своей силе и размерам производственным капиталом все более активно и напористо проявляет себя банковско-финансовый капитал, который не связан напрямую с производством и его участниками, а прежде всего заинтересован в своем максимальном увеличении, причем зачастую не ограничивая себя в средствах, что является «питательной почвой» для распространения «теневых» финансовых и коммерческих операций, коррупционных и криминальных явлений.

 

В индустриальном обществе наряду со сферой производства все большую силу приобретает и сфера потребления. Достижение огромных масштабов этой сферы во второй половине ХХ в. позволило говорить об «обществе потребления» как специфической характеристике современности с присущими ей морально-психологическими чертами. Ж. Бодрийяр замечает, что благодаря системе кредита «ныне родилась новая мораль, мораль опережающего потребления по отношению к накоплению, мораль убегания вперед, форсированного инвестирования, ускоренного потребления и хронической инфляции (копить деньги становится бессмысленно); отсюда берет начало вся современная система, где вещь сначала покупают, а затем уже выкупают своим трудом» [6, с. 133]. Подобного рода зависимость человека составляет замкнутый круг, который все более сужается, вытесняя на периферию сферу духовного потребления и весьма значительно искажая ее сущность и содержание, что отрицательным образом сказывается на индивидуально-личностном развитии человека.

 

Такая чрезвычайно острая и проблемная морально-психологическая ситуация не могла не сказаться на формировании в целом сферы культуры. По мнению Б. С. Ерасова, «вся культура постмодерна пронизана символикой потребительства и “достижительства”, лишенных моральных измерений. Не принципы, ценности или законы, а только условия и обстоятельства принимаются во внимание. Растущая массовая аномия и разрушение нормативных, ценностных, смысловых структур создают почву для массовой криминализации» [7, с. 484].

 

В условиях современного транзитивного общества в противовес тенденциям обесчеловечивания (расчеловечивания) все более набирает силу жизненная потребность в очеловечивании самого человека. Процесс очеловечивания во всем богатстве его духовно-культурных проявлений может плодотворно исследоваться в тесной взаимосвязи (взаимодополнении) формационного и цивилизационного подходов. Если формационный подход преимущественно ориентирован на анализ общественно-экономического базиса как объективной основы социально-исторического развития, то цивилизационный подход акцентирует внимание на состоянии духовно-культурного потенциала социума, на раскрытии ценностно-креативных процессов, механизмов и форм их индивидуального и общественного проявления и совершенствования.

 

На наш взгляд, с позиций цивилизационного подхода следует говорить о начале формирования новой общемировой цивилизации, которую можно условно называть информационно-гуманистической, принимая во внимание, с одной стороны, возрастающую роль информационных ресурсов в современных социальных трансформациях, революционный характер воздействия новейших технологий на общественную и индивидуальную жизнь, с другой – повышение роли человека как творческого субъекта, активное включение духовной культуры в процесс социальных перемен. О возникновении в современном мире нового типа цивилизационного развития говорил и В. С. Стёпин, указывая на необходимость изменения базисной системы ценностей техногенной цивилизации: «Я исхожу из того, что эту систему ценностей придется менять, что преодоление глобальных кризисов потребует изменения целей человеческой деятельности и ее этических регулятивов. А радикальное изменение ценностей означает переход от техногенной цивилизации к новому типу цивилизационного развития, третьему по отношению к традиционалистскому и техногенному» [8, с. 99].

 

Выведение информационно-гуманистической цивилизации в качестве основополагающего концепта в теоретическом осмыслении перспектив социального развития дает возможность: во-первых, значительно обогатить в содержательном плане разрабатываемые проекты информационного (постиндустриального) общества как будущей формации, во-вторых, не только показать роль культурного фактора в качественном преобразовании современного общества, но и подчеркнуть то, что данный фактор становится ведущим и определяющим в этом процессе и способен кардинальным образом видоизменить существующее положение вещей.

 

Рассматривая вопрос о соотношении формационного и цивилизационного процессов, можно утверждать: если ранее, на предыдущих этапах истории, в структурах социума основополагающим был экономический базис, он детерминировал и играл первостепенную роль в образовании различных культурно-цивилизационных форм, то с вступлением человечества на информационный путь развития открывается новая социальная перспектива, когда цивилизационный фактор не просто усиливается, а превращается в решающую и направляющую силу, способную последовательно преодолевать стихийность и непредсказуемость объективного по своей природе социально-экономического процесса.

 

Приоритет цивилизационного компонента в процессе качественного преобразования современного общества можно объяснить и тем обстоятельством, что индустриализм (капитализм) как стихийно разворачивающийся процесс при всех масштабных материально-технических достижениях значительно «проигрывает» в духовно-нравственном отношении, что отрицательным образом сказывается и на состоянии общественных отношений, и на природе человека. Следует откровенно сказать, что индустриальное общество в морально-психологическом плане подошло к весьма опасной, критической черте.

 

В современном транзитивном обществе отчетливо просматривается противоречие между быстрым и результативным освоением новейших научно-технических достижений, с одной стороны, и значительным отставанием в реализации духовно-нравственных ценностей в повседневной жизни, с другой. Обострению этого противоречия способствуют и такие обстоятельства, как:

1) неоднократно происходившее в ХХ в. отчуждение морали от развития научно-технической сферы, когда сама она оценивалась, по выражению А. А. Рубениса, как «“архитектурное излишество”, прекрасное в прошлом, но не пригодное для современной жизни, ее реальных процессов и свершений, и если даже где-то она и срабатывает, то пусть существует, не мешая главному – техническому совершенствованию» [9, с. 44];

2) в стремительно нарастающем потоке новой информации происходит не просто вытеснение на задний план проблем этического характера, а попытки связать их решение зачастую с распространением религиозных верований, мистических учений, эзотерическим опытом;

3) с расширением пространства Интернета, внедрением IT-технологий смещение в сторону виртуального мира с его иллюзорными и символическими образами ведет к размыванию и искажению контуров реальности в сознании индивида, содержит угрозу его морально-психологическому состоянию.

 

Разрастающаяся материально-техническая база общественного производства, его увеличивающийся научно-технологический потенциал не должны отодвинуть на задний план самого человека, тем самым превратив его в своеобразный придаток к «умным машинам» и существенно обострив характер социальных отношений.

 

Процесс формирования информационно-гуманистической цивилизации подразумевает создание характерной для нее парадигмы, в которой целостно будут представлены ведущие мировоззренческие основания и моральные принципы, основные параметры сознания и правила поведения, жизненные устои и механизмы социальной регуляции. Очевидно, что главной отличительной чертой новой цивилизации является развитие, активное вовлечение и использование в различных областях общественной и индивидуальной жизни интеллектуального потенциала человека. Человек знающий, образованный, владеющий информацией, становится одной из ведущих ценностей современной жизни. И, соответственно, вступление на информационный путь выводит на передний план рационализм как основной мировоззренческий принцип, интеллектуальную деятельность творческого, новаторского характера, сферу науки и образования.

 

Но всестороннее проявление и развитие интеллектуального капитала человека не может быть самоцелью. Естественно возникают вопросы: «На благо или во вред человеческому сообществу и самому человеку может служить этот капитал?». Становится все более очевидным, что именно в условиях перехода к информационному обществу человек может и должен подтвердить то, что он действительно является Человеком Разумным. Но стать таковым в полной мере он может, если будет ощущать себя человеком счастливым, свободным и ответственным, честным и справедливым, верным и преданным, любимым и любящим и т. д. То есть с помощью разума откроет для себя самого значимость духовно-нравственных ценностей, воплотит их в свою личную культуру, свои отношения с окружающими людьми. Следовательно, в парадигме новой цивилизации среди приоритетов должны быть как развитие интеллектуального потенциала человека, так и формирование его духовно-нравственного потенциала, причем, если первый обеспечивает поступательное движение и развитие социальной системы, то второй способствует ее духовному обогащению, облагораживанию, гуманизации. А самое главное – это последовательное и неуклонное соединение этих потенциалов в единое целое, по словам академика И. Т. Фролова, «это – разум, соединенный с гуманностью, добрый разум, который во все времена называется мудростью» [10, с. 230].

 

Переход к информационному обществу осуществляется в недрах индустриализма и, естественно, сопровождается резким столкновением нового со старым как в социально-экономическом, политическом, так и духовно-культурном плане. Так, Э. Тоффлер считает, что весьма драматическое по своему характеру положение человека в современном мире должно быть преодолено в ходе формирования новой цивилизации: «Если нам удастся сгладить переход от старой, умирающей цивилизации к новой, обретающей форму, если мы сохраним собственную личность и сможем в обстановке усиливающихся кризисов управлять своей жизнью (курсив наш. – О. П.), мы будем в состоянии обнаружить и способствовать установлению нововведений Третьей волны. Ибо, если мы посмотрим вокруг себя, мы найдем под покровом несостоятельности и разрушений первые признаки роста и новые возможности» [11, c. 216]. Стоит обратить внимание на это суждение Э. Тоффлера. Получается, что «первые признаки роста и новые возможности» информационной цивилизации непосредственно связаны с сохранением и развитием человеческой личности. Именно внутри личности находится основной «водораздел» между добром и злом, она по своей природе обладает мощнейшим духовно-нравственным потенциалом, который посредством раскрытия и совершенствования может стать источником качественных социальных преобразований.

 

В условиях современных социальных трансформаций по-новому начинает звучать проблема культуры, содержание которой в той или иной мере фокусируется на морально-аксиологическом компоненте. Особую актуальность приобретает проблема формирования духовно-нравственной культуры, которая позволяет наиболее целостно представить и качественно выразить процесс личностного развития человека, зафиксировать характер и результаты взаимодействия его структурных частей (потребностей, чувств, взглядов, ценностных ориентаций, убеждений, мотивов, поступков и др.) и механизмов саморегуляции (чувства стыда, совести, долга, чести, достоинства и др.), определить характер взаимодействия между собой индивидуально-личностных и социально-групповых параметров духовно-культурного развития [3, с. 417].

 

Таким образом, в процессе качественного преобразования современного общества необходимо признать приоритет цивилизационного компонента по сравнению с формационным, то есть формирование новой, информационно-гуманистической, цивилизации должно предварять вступление в новую общественно-экономическую формацию (информационное или постиндустриальное общество). Индустриализм (капитализм) как стихийно разворачивающийся процесс при всех масштабных материально-технических достижениях значительно «проигрывает» в духовно-нравственном отношении. Поэтому для изменения ситуации необходим кардинальный поворот вектора социального развития с производственно-технологических параметров на критерии социогуманитарного плана. Это открывает широкие возможности для осмысления и практического воплощения духовно-нравственного потенциала мировой и национальной культуры, активизации творческих усилий субъектов в лице конкретных людей и социальных групп, направленных на достойную самореализацию и совершенствование.

 

Список литературы

1. Гусейнов А. А. Философия – мысль и поступок: статьи, доклады, лекции, интервью. – СПб.: СПб ГУП, 2012. – 840 с.

2. Лазаревич А. А. Становление информационного общества: коммуникационно-эпистемологические и культурно-цивилизационные основания. – Минск: Беларуская навука, 2015. – 537 с.

3. Павловская О. А. Моральный фактор в жизни человека и общества: исторические уроки и современные проблемы. – Минск: Беларуская навука, 2014. – 578 с.

4. Маркс К. Экономическо-философские рукописи 1844 года // Маркс К., Энгельс Ф. Из ранних произведений. – М.: Политиздат, 1956. – С. 517–642.

5. Энгельс Ф. Положение Англии. Восемнадцатый век // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения: в 39 т. – М.: Политиздат, 1955. – Т. 1. – С. 598–617.

6. Бодрийяр Ж. Система вещей. – М.: Рудомино, 1995. – 172 с.

7. Ерасов Б. С. Цивилизации: Универсалии и самобытность. – М.: Наука, 2002. – 524 с.

8. Стёпин В. С. Цивилизация и культура. – СПб.: СПбГУП, 2011. – 408 с.

9. Рубенис А. А. Техника и нравственность // Этическая мысль: Научно-публицистические чтения. 1991. – М.: Республика, 1992. – С. 38–55.

10. Фролов И. Т. К постижению человека разумного и гуманного // Многомерный образ человека: Комплексное междисциплинарное исследование человека. – М.: Наука, 2001. – С. 226–236.

11. Тоффлер Э. Третья волна. – М.: Издательство АСТ, 2002. – 776 с.

 

References

1. Guseynov A. A. Philosophy – Thought and Deed: Articles, Reports, Lectures, Interviews [Filosofiya – mysl i postupok: stati, doklady, lektsii, intervyu]. St. Petersburg, SPb GUP, 2012, 840 p.

2. Lazarevich A. A. Formation of Information Society: Communication-Epistemological and Cultural-Civilizational Foundations [Stanovlenie informatsionnogo obschestva: kommunikatsionno-epistemologicheskie i kulturno-tsivilizatsionnye osnovaniya]. Minsk, Belaruskaya navuka, 2015, 537 p.

3. Pavlovskaya O. A. The Moral Factor in Human and Society Life: Historical Lessons and Contemporary Problems [Moralnyy faktor v zhizni cheloveka i obschestva: istoricheskie uroki i sovremennye problemy]. Minsk, Belaruskaya navuka, 2014, 578 p.

4. Marx K. Economic and Philosophic Manuscripts of 1844 [Ekonomichesko-filosofskiye rukopisi 1844 goda]. Marks K., Engels F. Iz rannikh rabot (Marx K., Engels F. From the Early Works). Moscow Politizdat, 1956, pp. 517–642.

5. Engels F. The Condition of England. Eighteenth Century [Polozheniye Anglii. Vosemnadtsatyy vek]. Marks K., Engels F. Sochineniya: v 39: t. 1 (Marx K., Engels F. Works: In 39 vol. Vol. 1). Moscow, Politizdat, 1955, pp. 598–617.

6. Baudrillard J. The System of Objects [Sistema veschey]. Moscow, Rudomino, 1995, 172 p.

7. Erasov B. S. Civilizations: Universals and Identity [Tsivilizatsii: Universalii i samobytnost]. Moscow, Nauka, 2002, 524 p.

8. Styopin V. S. Civilization and Culture [Tsivilizatsiya i kultura]. St. Petersburg, SPbGUP, 2011, 408 p.

9. Rubenis A. A. Technique and Morality [Tekhnika i nravstvennost]. Eticheskaya mysl: Nauchno-publitsisticheskie chteniya (Ethical Thought: Scientific and Publicistic Readings. 1991). Moscow, Respublika, 1992, pp. 38–55.

10. Frolov I. T. To the Comprehension of a Wise and Humane Person [K postizheniyu cheloveka razumnogo i gumannogo] Mnogomernyy obraz cheloveka: Kompleksnoe mezhdistsiplinarnoe issledovanie cheloveka (A Multidimensional Image of a Person: A Comprehensive Interdisciplinary Study of Man). Moscow, Nauka, 2001, pp. 226–236.

11. Toffler A. The Third Wave [Tretya volna]. Moscow, Izdatelstvo AST, 2002, 776 p.

 

© О. А. Павловская, 2020.

Яндекс.Метрика