
УДК 111
Суров Илья Алексеевич – Санкт-Петербургский национальный исследовательский Академический университет имени Ж. И. Алферова РАН, кандидат физико-математических наук, Санкт-Петербург, Россия.
Email: ilya.a.surov@itmo.ru
SPIN: 5003-7439
Researcher ID: J-3796-2015
ORCID: 0000-0001-5690-7507
Scopus ID: 57219761715
Авторское резюме
Состояние вопроса: Понятие информации стало необходимым инструментом анализа социальных процессов нового техноуклада. Это понятие вошло в философию из кибернетики, однако его место в естественнонаучной онтологии до сих пор неясно. За разъяснениями всё чаще обращаются к квантовой физике, однако противоречивая контринтуитивность её интерпретаций ещё больше запутывает вопрос.
Методы: Снятию онтологических затруднений способствует реалистическое понимание квантовой теории, разработанное Дэвидом Бомом. При этом с понятием информации связываются понятия волновой функции и квантового состояния, выполняющие для физических систем формирующую и управляющую функцию. Эта функция рассмотрена на примере эксперимента по двухщелевой интерференции света и массивных частиц.
Результаты: Показано, что нематериальные, неэнергетические, вне-пространственно-временные свойства квантовых состояний вполне соответствуют понятию информации как объективно существующем образе-форме материи в природе. По отношению к материи понятие «информация» занимает не подчинённый и не доминирующий, а равный онтологический статус: любая материя имеет определённую форму, тогда как любая форма размещена на определённом материальном носителе.
Выводы: Проблема онтологического статуса информации и проблема интерпретации квантовой теории – два лица одной и той же мировоззренческой проблемы. Реалистическое понимание информации ведёт к реалистическому пониманию квантовой теории и наоборот. Такое понимание предоставляет естественнонаучную точку опоры для философии информационного общества, адекватной вызовам современности.
Ключевые слова: информация; форма; волновая функция; квантовое состояние; бомовская механика; квантовая физика; онтология.
Ontological Status of Information: Argument from Quantum Physics
Surov Ilya Alekseevich – National Research Academic University of the Russian Academy of Sciences, Lecturer, PhD (Physics and Mathematics), Saint Petersburg, Russia.
Email: ilya.a.surov@itmo.ru
Abstract
Background: The concept of information is an essential tool for analyzing of social processes in the new technological order. This concept entered philosophy from cybernetics, whereas its place in natural-scientific ontology remains ambiguous. Clarification is expected from quantum physics, but the contradictory and counterintuitive nature of its interpretations further confuses the issue.
Methods: Fruitful ontological perspective is provided by realistic view of quantum theory due to David Bohm. In his approach, the concepts of quantum state and wave function have explicit informational nature, accomplishing formative and guiding functions for physical systems. These functions are considered using the key experiment of double-slit interference of light and massive particles.
Results: Immaterial, non-energetic, extra-spatiotemporal nature of quantum states fully corresponds to the concept of information as an objectively existing image-form of matter in nature. In relation to matter, the concept of information has neither subordinate nor dominant, but an equal ontological status: any matter in nature acquires certain form, whereas any form is imprinted on a certain material medium.
Conclusion: The problem of the ontological status of information and the problem of interpretation of quantum theory are two faces of the same ideological issue. A realistic understanding of information leads to a realistic understanding of quantum theory and vice versa. Such an understanding provides a scientific ground for the philosophy of the information society, adequate to the challenges of our time.
Keywords: information, form, quantum state, wavefunction, Bohmian mechanics, quantum physics, ontology.
Введение
Физика и философия развиваются в тандеме. Философия подсказывает физике мировоззренческие посылки, художественные образы и направления мысли. Физика возвращает их часть в математически формализованном и экспериментально проверенном виде, дающем философии новые точки опоры. Выдержавшее такую проверку становится классикой научно-философского мышления.
Такой классикой стало ленинское «в мире нет ничего кроме движущейся материи, а материя не может двигаться иначе, как в пространстве и времени» [1, с. 189], по сути задающее набор первичных мировоззренческих категорий – онтологию естествознания и «натуральной философии» – фундамент, на котором стояла советская философия и на котором по умолчанию продолжают стоять многие современные философы.
Формула проста и привлекательна, однако со второй половины XX века она работает всё хуже. Современная философия стремится осмыслить природу естественного и искусственного интеллектов в «информационном обществе», однако общепринятого понятия информации к настоящему времени не выработано [2]. В поисках надёжных оснований философия, как обычно, обращается к физике – физике квантовой, впервые в истории естествознания подошедшей к аналогичной проблеме [3].
Нахождению таких оснований мешает противоречивость интерпретаций квантовой теории [4], ключевые тонкости которой зачастую остаются в тени. В данной статье представлена попытка удовлетворить информационно-философский запрос «из первых рук» – не на основании вторичных размышлений о квантовой физике, а на основании собственно физики, в которой автору довелось быть специалистом. Сделать это удобно на примере классической проблемы квантовой физики – проблемы волновой функции (раздел 2). Перед рассмотрением этой проблемы уместно общеметодологическое замечание.
1 Квантовая физика и здравый смысл
Квантовая теория славится своей парадоксальностью, которую, которую, по выражению нобелевского лауреата по физике Ричарда Фейнмана, «не понимает никто». В философском плане её появление считается революцией [5], однако причины и предпосылки этой революционности анализируются редко. Чаще всего речь идёт о так называемом «наблюдателе», субъективность которого по выбору «точки зрения» на объект, определяющей результаты физических экспериментов, ранее оставалась за кадром [6]. С подачи Нильса Бора «наблюдению» приписывается способность создания материальных частиц, а иногда и целых альтернативных миров, силой собственного «сознания» [7], [8], [9]. «Квантовая философия» такого рода напоминает рассказы об Алисе в стране чудес, не предполагающие рационального объяснения [10], [11]. Эти идеи подтверждаются авторитетными заголовками о «смерти классических представлений о реальности по результатам квантовых экспериментов» [12].
С одной стороны, необычность квантовой философии открывает для научного исследования стороны жизни, ранее освещавшиеся лишь религиозно-эзотерическими учениями [13]; на основе квантовых аналогий ряд психо-социальных явлений впервые получил языковое выражение, пригодное для математической формализации [14], [15]. Вместе с этим наукообразную форму приобретают направления «квантовой» психологии и медицины, обосновывающие сомнительные тезисы мистикой «квантового мира». В отсутствие экспериментальной проверки такие теории становятся неотличимы от науки, снявшей с себя бремя рациональности и злоупотребляющей популистскими приёмами. Революционность квантовой философии, по сути, состоит в отказе от здравого смысла, разрушающем основы не только физической, но и научной методологии в целом [16].
Отказ от здравого смысла, однако, не следует из фактов квантовой физики; он характерен лишь для ряда интерпретаций этих фактов по произволу конкретных исследователей, склонных к парадоксально-мистическому взгляду на мир [17], [18], [19]. Эту нетипичную для физиков склонность, однако, наивно было бы считать беспричинной. В её основе лежит онтологическая несовместимость классической и квантовой теории: в «классике» мир есть множество материальных частиц, тогда как «кванты» описывают процесс становления этих объектов из потенциальности-небытия при участии «наблюдателя» [20], [21].
Настоящая статья развивает идею об онтологическом происхождении квантовой парадоксальности в ином направлении, строящемся вокруг понятия информации.
2 Проблема волновой функции
Исходная задача квантовой механики состояла в раскрытии законов строения вещества, не укладывающихся в рамки классической физики. Так, согласно уравнениям Максвелла, вращение электронов по атомным орбитам обязано сопровождаться электромагнитным излучением; соответствующая потеря энергии должна приводить к падению электрона на ядро и распаду атома за ничтожно короткое время. Таким образом классическая механика и электродинамика вошли в противоречие с очевидным фактом бытия – устойчивым существованием вещества наблюдаемых предметов.
2.1 Частично-волновой дуализм
«Квантовое» решение этой проблемы оказалось весьма экзотическим. Вместо привычных координат и скоростей состояние частиц было предложено описывать континуумом чисел – волновой функцией, меняющейся со временем согласно уравнению Шредингера. В отличие от обычных физических распределений, волновая функция присваивает каждой точке пространства не вещественное, а комплексное число – особую комбинацию амплитудного и фазового параметров.
Амплитуда волновой функции (ВФ) определяет вероятность обнаружения частицы в каждой точке пространства, измеримую в эксперименте. Фазовая часть волновой функции, напротив, напрямую не наблюдаема, но определяет динамику амплитудной части ВФ через уравнение Шредингера. Именно фазовое условие о том, что ВФ электрона должна оборачиваться вокруг ядра за целое число периодов, определяет набор устойчивых атомных орбиталей, на которых электрон может находиться без потери энергии. Таким образом описание электрона-частицы заменяется на описание «электронной волны», причём выбор между этими моделями зависит от условий эксперимента.
Этот «корпускулярно-волновой» дуализм имеет место не только на атомных, но и на макроскопических масштабах, например, в эксперименте по интерференции света (рисунок 1А). Если открыта любая из двух щелей, то на экране наблюдается единственный максимум засветки напротив этой щели; если открыты обе щели и при этом известно, через какую из них проходят частицы, то на экране образуется наложение двух широких максимумов. Если же обе щели открыты, но через какую из них прошла частица не известно, то наблюдается полосатая «интерференционная» картина в правой части схемы. Этот факт объясняется тем, что световая волна идёт на экран через обе щели одновременно, причём результат их сложения (интерференции) – в фазе или в противофазе – определяется разностью путей до точки на экране.
С развитием экспериментальной техники этот эксперимент Юнга (1802 г.) получил продолжение. При ослаблении падающего на щели луча общая яркость интерференционной картины ожидаемо снижается, тогда как форма её не меняется. При этом чувствительная камера позволяет наблюдать, как эта картина набирается из отдельных вспышек [22] как показано на рисунке 1Б.
Рисунок 1: А – схема эксперимента по двухщелевой интерференции света, на графиках плотности частиц на экране при одной (P1, P2) и двух (P12) открытых щелях; Б – постепенное формирование распределения частиц на экране при двух открытых щелях при малой интенсивности источника.
Эти вспышки вряд ли можно интерпретировать естественнее, чем места попаданий на экран частиц (порций, «квантов») света – фотонов. Однако в таком случае возникает противоречие: полосатая картина на экране свидетельствует о волновой природе света, тогда как отдельные вспышки – о корпускулярной. Одновременное действие этих взаимоисключающих моделей парадоксально; остаётся только говорить, что через щели проходит волна, однако, приходя на экран, она неким образом превращается, «коллапсирует» в частицу. То же самое имеет место для электронов, нейтронов и массивных органических молекул [23], [24], которые в молекулярно-кинетической теории считаются твёрдыми телами наподобие бильярдных шаров. Как такое может быть – не ясно, но итоговое распределение частиц на экране следует квантово-теоретическому расчёту.
2.2 Проблема интерпретации
Убедившись в эффективности новоявленного математического формализма, создатели квантовой механики задались вопросом его физической интерпретации. Какова природа волновой функции, каков её онтологический статус [25], в чём её физический смысл? Исторически первый ответ (Луи де-Бройля) состоял в том, что ВФ описывает распределённое состояние частицы; такая частица не локализована в одной точке, а размазана по более или менее объёмной области пространства. Это решениÐ


