Троллинг в Интернете: разновидности и влияние

Новый номер!
УДК 175

 

Анисимов Никита Дмитриевич – Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого, Инженерно-строительный институт, студент, Санкт-Петербург, Россия.

Email: anisim_555@mail.ru

Смотрин Антон Олегович – Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого, Инженерно-строительный институт, студент, Санкт-Петербург, Россия.

Email: antonsot17@gmail.com

Авторское резюме

Состояние вопроса: Значимость интернет-коммуникации и включенность в нее людей постоянно возрастают. Все многочисленнее и агрессивнее становятся виды троллинга – провокационных, обидных, оскорбительных комментариев, цель которых – вывести из равновесия жертву или вызвать негодование у аудитории.

Методы: Исследовались видеоматериалы, размещенные пользователями в популярных русскоязычных и англоязычных социальных сетях, троллинговые комментарии к ним и реакции на эти комментарии. Проведен анализ относительно объектов троллинга, темы, формы и интонации. Реакция аудитории оценивалась с точки зрения интенсивности и отношения.

Результаты: Выяснилось, что объектами троллинга становятся человек, тенденция в обществе или конкретная ситуация, причем человек – как вследствие провокативного поведения, так и случайно. Чаще всего троллинговые высказывания несут в себе провокацию, сарказм или прямое оскорбление, их основная интонация – утверждение. Чуть более половины таких высказываний получают активный отклик, и только их пятая часть – однозначное неодобрение. Также встречаются и реакции поддержки. Прямые оскорбления троллями одних пользователей мало возмущают других, большее возмущение вызывают нападки на общечеловеческие ценности.

Область применения результатов: Исследование призвано способствовать снижению напряженности эмоционального фона сети. Его результаты могут быть применены в работе модераторов, в разработке программных алгоритмов определения нежелательных высказываний. Они могут быть положены в основу просветительской работы по распознаванию троллинга среди уязвимых групп пользователей – детей и пожилых людей.

Выводы: Троллинг постепенно становится нормой общения. Социальное неодобрение таких действий выражается вяло, особенно в случаях троллинга отдельных людей. Эмоциональный фон в социальных сетях нуждается в оздоровлении.

 

Ключевые слова: троллинг; комментарии; реакции; отзывы; контент; общение; цифровая коммуникация; информационное общество; Интернет.

 

Trolling on the Internet: Types and Influence

 
Anisimov Nikita Dmitrievich – Peter the Great St. Petersburg Polytechnic University, Institute of Civil Engineering, student, Saint Petersburg, Russia.

Email: anisim_555@mail.ru

Smotrin Anton Olegovich – Peter the Great St. Petersburg Polytechnic University, Institute of Civil Engineering, student, Saint Petersburg, Russia.

Email: antonsot17@gmail.com

Abstract

Background: The importance and involvement of people in Internet communication constantly increase. Types of trolling – provocative, offensive and insulting comments, the purpose of which is to unbalance the victim or cause indignation among the audience – become more numerous and more aggressive.

Methods: Video materials posted by users on popular Russian and English social networks, trolling comments and reaction to them were studied. An analysis was carried out in terms of trolling objects, themes, form and intonation. Audience reactions concerning intensity and attitude were assessed.

Results: It turned out that the objects of trolling are a person, a trend in society or a specific situation, and a person – both because of provocative behavior and by chance. Most often, trolling statements deliver provocation, sarcasm or direct insult; their main intonation is affirmative. Slightly more than half of such statements receive an active response, and only a fifth of them receive unequivocal disapproval. There are also reactions of support. Direct insults by trolls to some users do little to outrage others; attacks on universal human values cause more indignation.

Implications: The study is to help reduce the tension of the emotional background of the network. Its results can be used by moderators, in the development of software algorithms for identifying objectionable statements, and form the basis of instructions to recognize trolling among vulnerable groups of users, namely children and elderly people.

Conclusion: Trolling is gradually becoming the norm of communication. Social disapproval of such actions is expressed weakly, especially in case of trolling individuals. The emotional background on social networks needs to be improved.

 

Keywords: trolling; comments; reactions; reviews; content; communication; digital communication; Information society; Internet.

 

Введение

В современном информационном обществе Интернет стал неотъемлемой частью повседневной жизни. Интернет дает нам возможность получать информацию, общаться, обмениваться мнениями и участвовать в дискуссиях. Однако наряду с положительными сторонами Интернет стал также платформой для негативного поведения, в частности вандализма.

 

Троллинг – это явление намеренного раздражения, провоцирования или оскорбления других пользователей Интернета. Троллинговые комментарии могут нанести значительный вред не только конкретным пользователям, но и обществу в целом, создавая негативную атмосферу, разрушая доверие и потенциально вызывая конфликты. Троллинг признается мощным видом социальной коммуникации [см.: 1].

 

Цель данного исследования – проанализировать троллинговые комментарии в Интернете, чтобы понять их характеристики, мотивы и последствия. Основная задача – выявить тенденции в поведении троллинга и оценить его влияние на пользователей и сообщества на онлайн-платформах.

 

Для достижения целей и задач исследования был проведен обширный анализ троллинговых комментариев на различных популярных онлайн-платформах. Комментарии анализировались на предмет их текста, содержания, структуры, эмоционального оттенка и реакции других пользователей.

 

В рамках исследования были поставлены следующие задачи.

 

1. Изучить типичные характеристики троллинговых комментариев – на чем построен троллинг, тема, объект троллинга, интонация, реакция.

 

2. Выявить основные мотивы троллей, такие как стремление привлечь внимание, повысить самооценку или вызвать эмоциональный отклик у других пользователей.

 

3. Предложить рекомендации и решения по предотвращению и искоренению интернет-вандализма.

 

Благодаря этому исследованию мы надеемся получить более глубокое представление о троллинговых комментариях в Интернете и их влиянии на пользователей и сообщества. Это позволит разработать эффективные стратегии по предотвращению и искоренению вандализма и создать более безопасную и конструктивную онлайн-среду.

 

Информационная этика – одно из самых молодых направлений философского знания, формирующееся со второй половины ХХ века, а сеть Интернет еще моложе и функционирует как структура социальной коммуникации с начала XXI века [см.: 2]. Троллинг как деструктивное коммуникативное поведение появился, как только первые пользователи освоили первые площадки для общения в сети, и с самого начала вызвал научные дискуссии о причинах и особенностях данного явления. Исследователи отмечают как темную сторону троллинга, вызывающую возрастание агрессии, так и продолжение в нём традиции карнавальной смеховой культуры [см. 3].

 

В целом значимость и включенность людей в интернет-коммуникацию все время возрастает, охватывая все больше социальных областей и практик [см.: 4; 5], меняется и облик троллинга. Виды троллинга становятся все многочисленнее с явным трендом агрессивности [см.: 6], приобретая иногда черты онлайн-преследования [см.: 7]. Возникает проблема правовой ответственности за троллинг, реальные случаи привлечения к ней в зарубежной и российской судебной практике описаны исследователями [см.: 8].

 

Динамичное развитие цифровых технологий порождает расширение круга исследуемых объектов и явлений. Например, вначале пользователям была предоставлена возможность размещать в сети созданный ими видеоконтент. Затем добавилась функция отправки комментариев к этому контенту. И, наконец, появилось комментирование комментариев или реагирование на них. Последнее явление в числе других подвергается специальному анализу в настоящей работе, что представляется достаточно новым, поскольку в других исследованиях не встречалось, а также существенным дополнением к ним, поскольку позволяет не только охарактеризовать троллинг как негативное явление, но и статистически оценить реакцию на него реальных участников дискуссии.

 

Методы исследования

1. Поиск комментариев, которые могут быть отнесены к категории троллинговых, в социальных сетях и форумах.

 

Чтобы избежать «однобокости», мы запустили поток случайных видеороликов в трех популярных социальных сетях – VK, YouTube и Instagram[1]. Анализ комментариев под этими видео показал, что троллингу подвергаются материалы, касающиеся личности людей, их внешнего вида, интеллекта и т. п., тогда как ролики, например, о животных, троллям не интересны.

 

К троллинговым мы относили комментарии провокационные, обидно-сравнительные, обесценивающие, дискредитирующие, оскорбительные, цель которых – вывести из равновесия жертву или ее сторонников или, возможно, вызвать негодование у аудитории.

 

2. Составление сводной таблицы, содержащей все отобранные комментарии. Мы отобрали видеоролики, у которых число язвительных комментариев составило как минимум 4. Релевантными явились 100 реплик, относящихся к 17 русскоязычным и англоязычным (примерно поровну) видеороликам. Эти 17 роликов распределились так:

– ролики от первого лица с хвастовством или жалобами – 7 эпизодов (женщина рекламирует бодипозитив, девушка хвастается накачанными губами, мужчина жалуется на повышение температуры и т. п.);

– ролики-наблюдения за другими людьми и опросы – 7 эпизодов (фигурируют люди с косоглазием, живущий в изоляции мужчина, опросы людей на знание географии; герои в этих случаях не формировали информационный повод умышленно и не предлагали обсудить себя);

– ролики-нарезка из фрагментов разных событий – 3 эпизода (про девочек, одна из которых плачет из-за того, что животных убивают ради еды, а другая с аппетитом ест мясо, про президентов США, рассуждения про отдельные группы людей). «Отдельной группой людей» для целей настоящего исследования мы назвали группу людей, имеющих заметные внешние или незаметные, но объявленные, общие черты, которые подверглись троллингу (избыточный вес, вегетарианство или веганство).

 

3. Категоризация комментариев – комментарии, соответствующие определенному критерию исследования, помечены в таблице знаком «+». Этих критериев пять:

– объект троллинга (человек, ситуация, тенденция),

– тема (отдельные группы людей, глупость/недалекость, стереотипы),

– характер или форма (преувеличение, прямое оскорбление, провокация, сарказм, пародия),

– интонация (смех, вопрос, уверенность),

– реакция на них собеседников (поддержка, отрицание/гнев, бурная, без внимания).

 

Мы предусмотрели поливариантную оценку критериев (так, злая реплика может быть одновременно провокационной и саркастичной), поэтому доля ответов по каждому критерию больше или равна 100%. В частности, по критерию «Характер» 100 комментариев получили 131 оценку. Лишь по параметру «Реакция на троллинг» данные имелись не всегда.

 

4. Анализ полученных данных.

 

Объекты троллинга

Как сказано выше, объектом троллинга является человек. В подавляющем большинстве случаев – в 69 % – насмешки касаются внешности, интеллекта, привычек и предпочтений конкретного действующего лица. Пример: «Чуть не задохнулся, пока думал» (комментарий к видео, герой которого имеет избыточный вес).

 

Но выявились также две другие крупные группы объектов троллинга:

– тенденции – собрали 20 % злобных комментариев. «God people are getting stupider» («Боже, люди тупеют» – чат-рулетка просит респондентов назвать известные им страны Азии, что удается не всем);

– ситуации – 12 %. «The orange [clown emoji], always a [clown emoji]» («Оранжевый клоун – всегда клоун» – нарезка из видео, в которых Барак Обама соблюдает речевые нормы, а Дональд Трамп шутит и допускает некорректность речи).

 

Тема троллинга

По 38 % издевок касаются отдельных групп людей и глупости/недалекости (как людей, так и тенденций, и ситуаций):

– «Vegans unhappy = happy society» («Веганы несчастны = общество счастливо» – видео про девочек и мясо);

– «Покормила и опять на улицу спать в будке» (жена накладывает мужу в тарелку блюдо сомнительного вида).

 

На тему стереотипов высказываются 23 % шутников: «Americans brain = Indian 5 year old kid brain [raising hands emoji]» («Мозг американца = мозг пятилетнего индийского ребенка»).

 

Характер (форма) троллинга

Почти в трети случаев (34 %) тролли пытаются спровоцировать автора и собеседников: «Is education banned in USA?» («в Америке запрещено образование?» – по поводу героини ролика, безуспешно пытающейся соотнести флаг со страной).

 

Доля саркастических высказываний – 24 %: «Просили просто спеть, а не превзойти» (о девушке, исполнившей песню Моргенштерна).

 

Самый грубый вид троллинга – прямое оскорбление – встречается в 21 % реплик: «Her face spells stupid» («Ее лицо источает тупость»), а преувеличения – в 16 %: «С такой температурой мой муж даже разговаривать не может» (герой видео жалуется на температуру 36,7°С).

 

Отмечен и такой редкий (3 %) жанр троллинга, как пародия: гиф с девушкой с отклонениями в здоровье в ответ на аналогичное видео.

 

Интонация троллинга

Тролли беспощадны и в 63 % случаев высказываются с интонацией уверенности, что считывается по утвердительным предложениям и отсутствию смайлов: «Повороты выруби» (о косоглазии).

 

В 22 % случаев троллинг смягчен смайлами: «Evеn the cat was shocked [face with tears of joy emoji]» («Даже кот был шокирован» – о женщине, утверждающей, что Луна больше Земли). Смайлы в целом служат для передачи тех или иных интонаций чаще, чем смыслов [см.: 9], поэтому теоретически могут как смягчать, так и усугублять передаваемое. Однако указание на улыбку или смех, как правило, свидетельствует о неагрессивном настрое комментатора.

 

Вопрос, чаще всего риторический, содержится в 12 % злобных реплик: «Завещание-то хоть успел написать?» (о том же видео про температуру у мужчины).

 

Также исследование выявило разницу в «градусе озлобленности» пользователей сетей YouTube и Instagram: комментарии на YouTube значительно «добрее», чем в Instagram. Есть даже шуточные видео, демонстрирующие это явление – к одинаковому видео в YouTube мы видим комментарии поддержки, а в Instagram – самый настоящий троллинг. И наиболее ярко это выражено в западном сегменте Интернета. Там даже сложилась определенная лексика, которую вряд ли можно встретить хоть где-то, кроме комментариев к видео Instagram: «womp womp cry about it» – «ну-ну, еще поплачь об этом». Очевидно, что столь негативной интонации комментариев способствует слабость модерации сети.

 

Реакция на троллинг

Самый интересный материал для анализа – ответные реплики на троллинг. Мы оценивали как отношение собеседников к троллям, так и частоту их реакций.

 

Интересно, что в 21 % случаев слова троллей получили поддержку. Мы проанализировали, в каких случаях это произошло, и выявили отсутствие закономерностей. Аудитория согласилась с 1–2 из каждых 4–6 критических замечаний практически под каждым видео.

 

Отрицательную (гневную) оценку получили всего 18 % заявлений троллей, однако тут явно выделяются резонансные темы. Это насмешки над веганами (7 из 8 насмешек получили отпор аудитории) и над мужчинами, боящимися за свою жизнь (несогласие получили все 4 язвительных комментария). Также неодобрение услышали тролли по вопросам права мужчин избегать совместной жизни с женщинами (2 из 5) и сравнения Трампа и Обамы (2 из 6).

 

По степени интенсивности ответов мы выделили два вида:

– резонансные реплики троллей – их 54 % (причем бурно обсуждались как язвительные высказывания, так и проблематика роликов, из чего следует вывод: часть провокаций имела успех);

– и реплики троллей, оставшиеся без внимания публики – 29 % (сюда мы отнесли реплики, получившие не более трех невнятных или разнонаправленных откликов или не получившие реакции вовсе). Этот показатель будем считать позитивным, так как зачастую имеет смысл проигнорировать негативные заявления, тем самым «не кормить тролля».

 

Посмотрим, велика ли совокупная доля комментариев, вызвавших протест и оставшихся без внимания. Этот показатель активного или пассивного несогласия с троллингом можно считать импульсом для оздоровления коммуникационного климата. Он составил 47 %.

 

Троллинг в сети – явление однозначно негативное, это подтверждается и приведенными выше исследованиями, и ощущениями – нашими собственными и наших друзей. Почему же его социальное неодобрение выражено так вяло?

 

Возможные причины этого:

– собеседники избегают «связываться с неадекватами»;

– собеседники не хотят вызвать волну негатива к себе со стороны других;

– собеседники считают, что перевоспитывать троллей бесполезно («дуракам закон не писан»);

– собеседники не относятся к обсмеянной категории, поэтому насмешки их не задевают.

 

Выявление закономерностей в троллинге

Имея достаточную базу для анализа, мы сопоставили распределение ответов по одним критериям в рамках ответов на вопросы по другим и пришли к следующим выводам.

 

1. Как мы помним, оживление в сети вызвали более половины фактов троллинга – 54 %. При этом бурная реакция на троллинг в 7 % случаях была поддержкой троллей, в 17 % – гневом на них, в 9 % собрала разнонаправленные отклики, в остальных случаях люди реагировали не на троллей, а на суть контента.

 

2. Чаще всего бурную реакцию вызывали провокационные заявления – 61 % от всех бурных реакций (провокаторы действовали профессионально), далее следуют прямые оскорбления с процентным весом 19 %.

 

3. В свою очередь, бурная реакция на провокации являлась поддержкой в 13 % случаев, гневом на троллей – в 11 %, бурной реакцией обоих видов – в 9 %, то есть троллям удалось «расшевелить болото».

 

4. Прямые оскорбления получили 29 % несогласий, 10 % одобрений, а в 61 % не получили никакой внятной реакции – это одно из самых тревожных наблюдений, когда страдания жертв мало кого огорчают.

 

5. Троллинг людей в 47 % эпизодов вызвал оживленную реакцию (из них 28 % с гневом и 19 % с одобрением), а в 53 % – оставил читателей равнодушными. Троллинг по поводу ситуаций бурно обсуждался в 71 % случаев, однако это было реакцией не на троллей, а на сами ситуации, что логично, так как ситуации не нуждаются в защите, в отличие от людей – жертв троллинга. Троллинг тенденций задел за живое в 38 % случаев, и практически всегда это был отпор троллям. Аудитория посчитала обсмеянные ценности близкими себе и встала на их защиту.

 

6. В какой форме издеваются над отдельными группами людей? В 58 % это провокации, по 20 % пришлось на сарказм и преувеличение, 9 % – на прямые оскорбления. При этом всего лишь 16 % издевок над отдельными группами людей вызывают протест, а 19 % даже получили поддержку. В подавляющем же большинстве – 63 % – отдельные группы людей подверглись дальнейшему обсуждению без какой-либо реакции на троллей. Очевидно, что пользователи Интернета не склонны отождествлять себя с отдельными группами людей, и их проблемы волнуют пользователей меньше, чем, например, насмешки над тенденциями.

 

Выводы

Исследование показало, что вызов эмоционального отклика является основной, но не единственной целью троллей: обильное внимание получают лишь 54 % комментаторов, 17 % комментаторов получают в ответ пару–тройку сообщений, обычно представляющих смайлик или другую достаточно скупую реакцию. 29 % комментаторов остаются вообще без внимания. Таким образом, можно утверждать, что троллинг «успешно» справляется со своей задачей лишь в 54 % случаев. Более того, наиболее часто комментаторы встречались с поддержкой (21 %), а с гневом или несогласием в отношении себя сталкивались лишь 18 %. То есть получается, что вероятность получить заведомую негативную реакцию – всего 18 %. Выходит, что создание провоцирующего комментария отнюдь не всегда приведет к гневу или обиде.

 

Поэтому можно предположить, что троллинг стал стилем общения, в то время как обычные «добрые» комментарии выглядят по меньшей мере странно на фоне огромного количества шуток и оскорблений. Это ясно видно на примере двух ресурсов – YouTube и, в большей степени, Instagram.

 

Негативное влияние такой формы общения очевидно. Мы видим, что часть авторов размещают ролики заведомо провокационного содержания, привлекая как позитивное, так и негативное внимание. Здесь троллинг не оправдан, но, по крайней мере, предполагается. Однако в другой части случаев герои попали под волну нападок случайно, и обидные комментарии становятся для них деструктивными, тем более что, как показывает исследование, заступаться за таких людей мало кто спешит.

 

Подводя итоги, можно «сконструировать» усредненный троллинговый комментарий в сети – скорее всего, это провоцирующее (а, возможно, напрямую оскорбляющее) высказывание, написанное уверенно, на тему, в равной вероятности, чьей-нибудь глупости, стереотипов или обращенное к отдельным группам людей. Такое высказывание, вероятно, не останется незамеченным, но, скорее всего, его поддержат и не станут спорить. Объект же троллинга в подавляющем большинстве случаев – случайный человек. Если учесть количество комментариев, подобных описанному, можно сделать вывод: Интернет – скорее агрессивная среда. Однако можно отметить стремление ряда людей изменить сложившуюся ситуацию – почти половина злобных комментариев получают активное или пассивное несогласие.

 

Отсюда следуют способы противодействия троллингу. Это усиление модерации на интернет-площадках, правовая оценка и соответствующие правовые последствия для троллей, и самое доступное – формирование позитивного коммуникационного фона самими пользователями.

 

Список литературы

1. Егошина Е. М., Слюсарева О. А. Троллинг в социальных сетях // Вестник магистратуры. – 2019. – №3-1 (90). – С. 27–29.

2. Толстикова И. И. Информационная этика современного общества // Культура и технологии. – 2018. – Т. 3. – Вып. 3. – С. 58–64. DOI: 10.17586/2587-800X-2018-3-3-58-64

3. Булатова Е. И. Сетевые коммуникативные стратегии: троллинг // Вестник Санкт-Петербургского государственного института культуры. – 2017. – № 2 (31). – С. 75–78.

4. Mehnert W. Wording Worlds – From Writing Futures to Building Imaginary Worlds // Technology and Language. – 2023. – Vol. 12. – № 3. – Pp. 85–104. DOI: 10.48417/technolang.2023.03.07

5. Lovink G., Lin N. Optimist by Nature, Pessimist by Design: Writing Network Cultures // Technology and Language. – 2023. – Vol. 12. – № 3. – Pp. 118–128. DOI: 10.48417/technolang.2023.03.09

6. Мельникова А. Ю. Троллинг как новая форма остранения в молодежной культуре // Человек. Культура. Образование. – 2018. – №1 (27). – C. 49–59.

7. Борисова А. С. Троллинг как новое социальное явление в системе интернет-коммуникации // Теория и практика общественного развития. – 2019. – №8 (138). – С. 13–16. DOI: 10.24158/tipor.2019.8.1

8. Дементьев О. М., Дубровина М. М. Интернет – троллинг – шалость, правонарушение или преступление? // Science Time. – 2015. – №10 (22). – С. 80–86.

9. Agranovskiy D., Avilova A. Emojis as a Language of Their Own // Technology and Language. – 2021. – Vol. 2. – № 3. – Pp. 111–128. DOI: 10.48417/technolang.2021.03.09

 

References

1. Egoshina E. M., Slyusareva O. A. Trolling on Social Media [Trolling v sotsialnykh setyakh]. Vestnik magistratury (Bulletin of the Magistracy), 2019, no. 3-1 (90), pp. 27–29.

2. Tolstikova I. I. Information Ethics of Modern Society [Informatsionnaya etika sovremennogo obschestva]. Kultura i tekhnologii (International Culture & Technology Studies), 2018, vol. 3, is. 3, pp. 58–64. DOI: 10.17586/2587-800X-2018-3-3-58-64

3. Bulatova E. I. Online Communicative Strategies: Trolling [Setevye kommunikativnye strategii: trolling]. Vestnik Sankt-Peterburgskogo Gosudarstvennogo Instituta Kultury (Bulletin of Saint Petersburg State University of Culture], 2017, no. 2 (31), pp. 75–78.

4. Mehnert W. Wording Worlds – From Writing Futures to Building Imaginary Worlds. Technology and Language, 2023, vol. 12, no. 3, pp. 85–104. DOI: 10.48417/technolang.2023.03.07

5. Lovink G., Lin N. Optimist by Nature, Pessimist by Design. Writing Network Cultures. Technology and Language, 2023, vol. 12, no. 3, pp. 118–128. DOI: 10.48417/technolang.2023.03.09

6. Melnikova A. Y. Trolling as a New Form of Exclusion in Youth Culture [Trolling kak novaya forma ostraneniya v molodezhnoy kulture]. Chelovek. Kultura. Obrazovanie (Human. Culture. Education), 2018, no.1 (27), pp. 49–59.

7. Borisova A. S. Trolling as a New Social Phenomenon in the Internet Communication System [Trolling kak novoe sotsialnoe yavlenie v sisteme internet-kommunikatsii]. Teoriia i praktika obschestvennogo razvitiia (Theory and Practice of Social Development), 2019, no. 8 (138), pp. 13–16. DOI: 10.24158/tipor.2019.8.1

8. Dementev O. M., Dubrovina M. M. Is Internet Trolling a Prank, an Offense, or a Crime? [Internet – trolling – shalost, pravonarushenie ili prestuplenie?]. Science Time, 2015, no. 10 (22), pp. 80–86.

9. Agranovskiy D., Avilova A. Emojis as a Language of Their Own. Technology and Language, 2021, vol. 2, no. 3, pp. 111–128. DOI: 10.48417/technolang.2021.03.09



[1] Принадлежит компании Meta, запрещенной в РФ

© Анисимов Н. Д., Смотрин А. О., 2024

Яндекс.Метрика